Фонвизин Денис Иванович
читайте также:
Ф. А. КОНИ 1 Милостивый государь, Федор Алексеевич. Ваша известность в литературном мире, уважение к..
Никитин Иван Саввич   
«Письма»
читайте также:
- Подлинно, что худо,- сказал Варух, понизя голос и почесавши в затылке,- я и не знал, что старинный друг мой так переме..
Нарежный В. Т.   
«Бурсак»
читайте также:
- Помилуйте, не беспокойтесь, У е мон каб? 3 Далеконько живете-с. - Не близко. Я хотел этой великолепной сценой начать эпоху нашего цветения и преуспеяния...
Герцен Александр Иванович   
«Часть седьмая»
        Фонвизин Денис Иванович Произведения
Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:
Обратите внимание: для Вашего удобства на сайте функционирует уникальная система установки «закладок» в книгах. Все книги автоматически «запоминают» последнюю прочтённую Вами страницу, и при следующем посещении предлагают начать чтение именно с неё.
Коррекция ошибок:
На нашем сайте работает система коррекции ошибок Orphus.
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.
Фонвизин Денис Иванович

Наставление дяди своему племяннику




   
   Русский фельетон. В помощь работникам печати.
   М., Политической литературы, 1958.
   
   Денис Иванович Фонвизин (1744—1792), автор комедий "Бригадир" и "Недоросль", принимал живое участие в журналистике своего времени, выступая с сатирическими статьями и письмами. В журнале "Собеседник любителей российского слова" Д. И. Фонвизин напечатал, кроме нескольких сатирических произведений, свои "Вопросы к сочинителю "Былей и небылиц"", вызвавшие резкую отповедь императрицы Екатерины II. Автор хорошо знал, к кому он обращался со своими вопросами, задевавшими очень острые темы современного ему состояния русского общества.
   Екатерина напечатала в журнале вопросы Фонвизина, сопроводив их своими гневными ответами. Участие Д. И. Фонвизина в журнале прекратилось, и написанная им для "Собеседника" "Всеобщая придворная грамматика" — сатира на царский двор, на фаворитизм — не появилась в печати.
   В 1788 г. Д. И. Фонвизин задумал издавать свой журнал "Друг честных людей, или Стародум". Подготовленные для него материалы говорят о большой политической смелости автора и о высоком мастерстве его художественной сатиры. Журнал не был разрешен к изданию, но стал широко известен в рукописи.
   
   
   Философы и нравоучители исписали многие стопы бумаги о науке жить счастливо; но видно, что они прямого пути к счастию не знали, ибо сами жили почти в бедности, то есть несчастно. Правда, что некоторые из них нажили великие богатства, но они в жизни своей поступали совсем иначе, нежели писали. И, кто знает, не с умыслу ли они преподавали людям ложные правила к счастию, дабы одним им пользоваться философским камнем.
   Я почитаю за долг дяди остеречь тебя, мой любезный племянник, от сих нравоучительных вралей и преподать тебе тот способ достичь до счастия, которым я сам столь благополучен. "Будь добросердечен, благотворителен и трудолюбив",— говорил мне, умирая, мой покойный родитель. Я и был чистосердечен: говорил правду, обличал порок и невежество, хвалил угнетенное достоинство, имел твердость говорить иногда истину и большим боярам. Был я также и благотворителен: малое именно мое охотно разделял с неимущими; иногда за бедных ручался, когда сам помочь не мог. А дабы последние пункты завещания родительского исполнить, прилепился я к учению и приобрел по возможности некоторые знания, уповая, что они мне в свете пригодятся. Но, к крайнему сожалению, скоро усмотрел я, что худо разумел моего родителя или что он не знал большого света.
   "Чистосердечие мое произвело на меня великие гонения, им нажил я многих неприятелей. Благотворение довело меня в долги, а знания мои возбудили ко мне зависть и ненависть одного знатного невежды, который просвещение считал вредным для государства. Жестокая болезнь открыла мне наконец глаза, и я увидел неразумие моей системы. Все меня оставили. Неожиданная помощь одной человеколюбивой особы извлекла меня, так сказать, из челюстей смерти. Неприятели мои торжествовали. Друзья мои сами были небогаты: а знатные особы, кои увеселялись забавным моим нравом, когда я был здоров, находили, может быть, настоящее положение мое забавным, ибо они оставили меня без всякой помощи. Как скоро стало мне легче, "перемени свою систему", сказал я сам себе. И как всякий человек охотно из одной крайности в другую переходит, то решился я делать совсем противное тому, что прежде делал: что бранил, то стал хвалить; всякий знатный человек находил во мне защитника своему жестокосердию или глупости. С самого утра бегал я по передним знатных господ и не стыдился трусить даже и перед их камердинерами. Если кому дадут ленту или знатный чин, то у меня через полчаса поспевала ода, которую тем больше хвалили, чем меньше было в ней смыслу. Дабы тем более мною были довольны, чем бесстыднее выхвалял я красоту их и душевное достоинство. "C'est un bon diable" {Он славный парень (фр.).— Ред.},— говорили обо мне знатные. "Он отнюдь не так опасен, как мы его считали",— говорили обо мне те, кои прежде пера моего боялись. "Il a beaucoup d'esprit" {Он очень остроумен (фр.).— Ред.},— отзывались обо мне дамы.
   Как скоро слух о перемене системы моей по городу распространился, то решился я идти на поклон к тому самому знатному невежде, который прежде был моим гонителем. Он предложил мне в отдаленной стороне место, к которому не имел я ни малейшей способности. Я ему признался в том. "Привыкнешь, друг мой,— отвечал он мне,— лишь будь скромен и не пиши стихов, которых я терпеть не могу. Станем жить дружно; старайся, чтоб я был тобою доволен, а я о тебе буду иметь попечение". Скоро я был определен к месту моему, и, невзирая на мое невежество, все удивлялись моему знанию и способности, что и не чудно, ибо предместник мой, по общему всех признанию, был во сто раз меня глупее и неспособнее. Льстивые похвалы мои, которыми бесстыдно осыпал я моих начальников, приобрели мне скоро их доверенность. Они избрали меня к произведению в действо некоторого нового проекта относительно до необходимой в жизни потребности.
   Я взял в свои советодатели нашего секретаря и с помощью его нажил в полгода около пяти тысяч рублей, с которыми приехал в столицу. На другой день по прибытии моем поднес я две тысячи рублей супруге нового моего покровителя, а прежнего гонителя. Мои две тысячи рублей произвели весьма полезное для меня действие. Покровитель мой расхвалил мое в делах знание и обещал мне свою милость.
   В сие самое время один любимец знатного господина хотел выдать замуж свою любовницу, которая была на его содержании. Супруга прежнего моего гонителя, моя новая покровительница, в благодарность за мои две тысячи рублей вздумала сватать меня на сей честной девушке и обещала мне в столице весьма выгодное место. Наблюдая новую мою систему, я согласился на сие предложение. Свадьба моя была великолепна. Благодетель жены моей сыграл ее на своем иждивении. А как молодая моя супруга была набитая дура, но превеликая красавица, то прежний друг ее не отменил к ней своей дружбы, и у меня исподволь народилось детей великое множество. Весьма выгодно иметь жену-красавицу, ибо все знатные друзья так горячо пеклись о моем счастии, как надлежит добрым свойственникам. Все мои неприятели исчезли; достаток мой умножался так, как будто бы было над домом моим благословение Божие. Я стал жить гораздо шире, давать обеды, балы и концерты; но звал только тех, от кого надеялся быть награжден щедро, так что пир, который стоил пятьсот рублей, приносил мне тысячи две. Скоро купил я каменный дом, а между тем все жаловался на долги, и хотя жаловано мне было довольно награждений, но я разглашал себя в долгу неоплатном. Не довольно того, любезный племянник, что я оставил чистосердечие, но отучил себя и от добросердечия.
   Сначала стоило мне труда слышать стон бедных с хладнокровием; но, поверь мне, сердце богатого человека скоро каменеет. Теперь я думаю, что мягкосердечный человек весьма богат быть не может.
   Наконец, я так привык к нечувствительности, что ниже помышлял о бедных людях. С книгами моими, составлявшими мое главное удовольствие, я совсем расстался.
   Я потерял приятность в обхождении, вкус к хорошим вещам, и душа моя унизилась; но сие унижение души помогло к моему возвышению. Начальники мои, имевшие подлые душонки, рады были иметь меня подчиненным. Ты видишь, любезный племянник, что пути к богатству, то есть к счастию, гораздо короче и глаже, нежели как болтают о том нравоучающие врали. Но буде ты в оном сомневаешься, то рассмотри своих сограждан, и ты найдешь, что большая часть из них одолжена за свое богатство и знатность своему лицемерию, жестокосердию, невежеству и женам".
   
   Я сожалею (и каждый читатель, без сомнения, со мною сожалеть будет), что во всем сродническом наставлении нет следа добраться, в которой земле жил сей богатомыслящий дядя; надобно, однако ж, думать, что не между нами: ибо где у нас люди, кои бы наживались при исполнении полезного установления относительно до первых потребностей в жизни? Богачей жестокосердных и глупых красавиц у нас также вовсе нет, как меня уверяют.
   
   "Ты, мой любезный племянник,— продолжал дядя свое наставление,— должен видеть, как я старость мою теперь доживаю и приближаюсь к концу. Как скоро я обогатился и стал жить порядочно домом, то начал чувствовать глас совести. Видя жену мою в беспутстве, должен я по системе моей терпеть все ее беспорядки. Я не мог сам от себя скрыть, что все добрые люди считают меня бездельником. Богатый мой дом стал для меня адом, и я, казалось, слышу стон бедных, коих я разорил злодейски. Наконец, на прошлой неделе был я на зрелище, которое вечно не выйдет из моей головы. Приятель мой Воров, умирая, призвал меня к себе. Я был свидетелем, как мерзкая душа его выходила из скаредного тела. Тут узнал я справедливость сих слов: смерть грешников люта. Он в постеле своей терзался душевно гораздо сильнее, нежели иной вор страждет на площади. По исходе души его на всех лицах видно было удовольствие, смешанное с презрением к покойнику.
   Чувствуя, что и мне умирать будет должно так же мучительно, переменил я опять свою систему и, слушая гласа совести, сколько можно, удовлетворяю тех, кои от меня терпели; а тебя, любезный племянник, прошу, будь чистосердечен, но знай, что не всегда и всякую истину говорить надобно. Будь благотворителен, но не расстраивай своего состояния. Будь трудолюбив и прилепляйся к учению, но не возмечтай о своей мудрости. Вот все то, чем я оканчиваю мое наставление".

    КОММЕНТАРИИ
   В составлении комментариев принимал участие Л. Н. Арутюнов.
   При жизни Фонвизина не печаталось. Воспроизводится по тексту: Д. И. Фонвизин, Сочинения, письма и избранные переводы, под ред. П. А. Ефремова, Спб. 1866.





Страницы (все) : Отдельные страницы
Перейти к титульному листу
Версия для печати




Тем временем:

... Оба мы молчали, и он прервал
это молчание. "Вот пропадаю, - сказал он. - Бачите, яка ледащица з мене
зробылась". Я стал всматриваться пристальней и увидел, что в самом деле во
всем его существе было что-то ужасно болезненное; но ни малейших признаков
близкой смерти я не мог уловить на его лице. Он жаловался на боль в груди и
на жестокую одышку: "пропаду", - заключил он и бросил на стол ложку, с
которой он только что проглотил лекарство. Я старался его успокоить
обыкновенными в этих случаях фразами, да, впрочем, и сам глубоко верил, что
могучая натура поэта, вынесшая бездну потрясений, не поддастся болезни,
ужасного значения которой я не понимал. "Ну, годи обо мне, - сказал поэт, -
расскажите лучше мне, что доброго на Украйни?" Я передал ему несколько
поклонов от его знакомых. Он о всяком что-нибудь спросил меня, и очень
грустил о больном художнике Ив. Вас. Г<удовско>м, у которого гостил в
последнее свое пребывание в Киеве. Говоря о Малороссии и о своих украинских
знакомых, поэт видимо оживал: болезненная раздражительность его мало-помалу
оставляла и переходила то в чувство той теплой и живой любви, которою
дышали его произведения, то в самое пылкое негодование, которое он, по
возможности, сдерживал.
На столе, перед которым он сидел, лежали две стопки сочиненного им
малороссийского букваря, а под рукой у него была другая "малороссийская
грамотка", которую он несколько раз открывал, бросал на стол, вновь
открывал и вновь бросал. Видно было, что эта книжка очень его занимает и
очень беспокоит. Я взялся было за шапку. Поэт остановил меня за руку и
посадил. "Знаете вы вот сию книжицу?" - он показал мне "грамотку". Я
отвечал утвердительно. "А ну, если знаете, то скажите мне, для кого она
писана?" - "Как, для кого?" - отвечал я на вопрос другим вопросом. "А так,
для кого? - бо я не знаю, для кого, только не для тех, кого треба навчiть
разуму". Я постарался уклониться от ответа и заговорил о воскресных школах,
но поэт не слушал меня и, видимо, продолжал думать о "грамотке"...

Лесков Николай Семенович   
«Последняя встреча и последняя разлука с Шевченко»





Фонвизин Денис Иванович:

«Чистосердечное признание в делах моих и помышлениях»

«Всеобщая придворная грамматика»

«Корион»

«Вопросы (в сокращении)»

«Бригадир»


Все книги



Другие ресурсы сети:

Джулиан Барнс

Василий Андреевич Жуковский

Полный список электронных библиотек, созданных и поддерживаемых под эгидой Российской Литературной Сети представлен на страницах соответствующих разделов веб-сайта Rulib.net





Российская Литературная Сеть

© 2003-2007 Rulib.NET
Координатор проекта: Российская Литературная Сеть, Администратор сайта: Василий Новиков. Сайт работает под управлением системы "Электронный Библиотекарь" 4.7

Правовая информация: если Вы являетесь автором и/или правообладателем любых из представленных на страницах нашей библиотеки произведений, и возражаете против их нахождения в открытом доступе - сообщите нам по адресу copyright@rulib.net и мы немедленно удалим указанные работы.

Информация о литературной сети
Принять участие в проекте


Администратор сайта и координатор проекта не несут ответственности за содержание рекламных материалов и информации, размещаемой посетителями, однако принимают все необходимые и достаточные меры для контроля. Перепечатка материалов сервера возможна лишь при обязательном условии ссылки на ресурс /, с указанием автора материала и уведомлением администрации ресурса о дате и месте размещения.
Проект осуществляется при информационной поддержке IQB Group: создание сайтов и web дизайн, продвижение сайтов и оптимизация сайта.